Авторские заметки о том, как была написана книга "Благотворитель Иннокентий Сибиряков"

Авторские заметки о том, как была написана книга "Благотворитель Иннокентий Сибиряков"

Не нам, не нам,
но имени Твоему, Господи,
даждь славу!

Данные заметки написаны по совету многих людей и по благословению нескольких священников, выслушавших мои рассказы о промыслительных совпадениях и событиях, происходивших в моей жизни по мере сбора материала и работы над научным исследованием «Благотворитель Иннокентий Сибиряков» (книга издана в Санкт-Петербурге в 2005-м году)


В начале пути

Благотворитель Иннокентий Михайлович Сибиряков
Благотворитель Иннокентий Михайлович Сибиряков

Впервые об Иннокентии Михайловиче Сибирякове я прочла зимой 2002 года. Это была статья Б. Никонова «Незабвенный благотворитель», написанная автором через 10 лет после кончины схимника. Перемена, которая произошла с Иннокентием Сибиряковым на пути Богоискательства, так поразила меня, что несколько дней я ходила под впечатлением от прочитанного. И когда появлялась такая возможность, я старалась рассказывать о благотворителе знакомым. А примерно через год мне пришлось подбирать название создаваемому в Петербурге благотворительному фонду, который с тех пор и носит имя миллионера-благотворителя Иннокентия Сибирякова.

Логика предназначения Фонда как организации, призванной к социальному служению, требовала определения основного направления его деятельности. Идей было много, но остановились мы поначалу на одной: оказание материальной помощи семьям церковнослужителей, оставшимся без кормильца, а также нуждающимся священникам, вышедшим за штат по возрасту или болезни. С рассказом об Иннокентии Сибирякове и его делах, а также с идеей организации помощи сиротам, вдовам и лицам духовного звания, оказавшимся в стесненных материальных обстоятельствах, я вышла в эфир на «Православном радио Санкт-Петербурга». Передача, прозвучавшая во время Великого поста в 2004-м году, получила отклик.

Событийно это произошло так: фрагмент передачи с необходимой информацией (суть идеи, контактный телефон) услышал в дороге за рулём православный предприниматель. Он сам позвонил в Фонд, сам приехал к нам познакомиться. Это был первый человек, которого Господь привел в Фонд «со стороны», без предварительного знакомства. Каково же было наше изумление, когда мы узнали, что основная предпринимательская деятельность этого раба Божия связана с золотом. Так впервые я отметила участие Иннокентия Сибирякова в наших делах. И вот уже не первый год через сострадательное сердце доброхота, старающегося творить милостыню в духе Евангелия, втайне, Господь помогает жить сиротам, вдовам, а также престарелым батюшкам, прибавляя к их скудным средствам посильную помощь жертвователя. Вторая передача об Иннокентии Сибирякове завершилась тем, что Фонду было пожертвовано радиослушателем украшение из золота, средства от продажи которого пошли на издание книги «Благотворитель Иннокентий Сибиряков» (Издательство Санкт-Петербургского государственного университета, 2005).

Со временем я стала замечать, что моему поиску явно сопутствует помощь Божия

К исследовательской работе над темой «Благотворитель Иннокентий Сибиряков» Фонд приступал поначалу как бы нехотя, под давлением постоянно возникавшего у людей вопроса: «А кто он – этот Иннокентий Сибиряков?». Университетский диплом об окончании исторического факультета, практический опыт по составлению исторических справок для храмов, а также членство в Союзе писателей России позволили автору этих заметок согласиться с очевидной неизбежностью и приступить к научным изысканиям по заданной теме, ставя перед собой очень достижимую цель: вернуть имя Иннокентия Михайловича Сибирякова в историческую память России. А задача моя сводилась к тому, чтобы как можно полнее ответить на вопрос, что же сделал Иннокентий Михайлович Сибиряков как благотворитель?

На этом этапе работы состоялось мое знакомство с Бэлой Анатольевной Соловьевой, работавшей над темой «Род купцов Сибиряковых». Она согласилась поделиться с Фондом имеющимися у нее материалами о жизни И.М. Сибирякова, что позволило мне начать поисковую работу не с нуля. Со временем я стала замечать, что моему поиску явно сопутствует помощь Божия. Самые неожиданные находки там, где они не предвиделись, и тому подобные вещи происходили довольно часто. Кроме того, удивительные совпадения стали проявляться и в моей частной жизни. Опуская многие из этих совпадений, остановлюсь на самых главных эпизодах, в том числе и из обстоятельств жизни других людей.

На родине схимонаха Иннокентия

Иркутск, XIX век
Иркутск, XIX век

В октябре 2004 года петербургским паломникам из Благотворительного фонда им. И.М. Сибирякова на Афоне была передана частица останков (мощей) от главы схимонаха Иннокентия, имеющей янтарно-медовый цвет (о передаче частицы читайте публикации с участием президента Фонда Валентина Ивановича Боцвина). Тогда передо мной и были поставлены новые задачи поисковой работы: возникла необходимость найти в Иркутске человека, который мог бы помочь в сборе материалов на родине Иннокентия Михайловича для будущей книги о благотворителе.

Важным этапом в сборе информации об отце Иннокентии была моя поездка в Иркутск в мае–июне 2005 года, поэтому остановлюсь на этом событии подробнее. Так как в Иркутске у меня знакомых не было, то приходилось хвататься за всякую возможность установить реальный контакт с человеком, который бы мог оказать поддержку нашему делу на месте. От моего духовного отца протоиерея Валерия Бояринцева, настоятеля храма Архистратига Михаила в Алупке, я получила адрес жительницы Иркутска Светланы Владимировны А. и написала ей письмо. Светлана Владимировна отнеслась к моей просьбе со всей добросовестностью, но не знала, с чего начать, так как никогда прежде к историческим исследованиям отношения не имела. Да и по своей основной работе была очень занятым человеком.

Схимонах Иннокентий (Сибиряков). Портрет в Свято-Андреевском скиту на Афоне
Схимонах Иннокентий (Сибиряков). Портрет в Свято-Андреевском скиту на Афоне

Проходя по набережной реки Ангары и обдумывая задачу, она решила зайти в Научную библиотеку Иркутского Государственного Университета. Почему именно туда, объяснить потом она не могла. Войдя в здание, Светлана Владимировна обратилась к сидящей на вахте женщине с вопросом, не подскажет ли она, где в Иркутске можно найти материалы об Иннокентии Сибирякове для Фонда его имени, работающего в Петербурге? Оказалось, что заговорила она не с вахтером, как думала, а с заведующей отделом информации Научной библиотеки ИГУ Инешиной Натальей Викторовной, которая спустилась вниз только на 20 минут, чтобы дать возможность вахтеру пообедать. Она сообщила Светлане Владимировне, что дом, в котором они находятся – родовой особняк купцов Сибиряковых, она сама интересовалась этой семьей и собирала о Сибиряковых материалы, и готова оказать помощь. Когда обо всем этом Светлана Владимировна сообщила мне по телефону, стало ясно, что в Иркутск надо ехать самой. Дело оставалось за малым – найти деньги на такую командировку. А к кому за такой помощью обращаться, как не к отцу Иннокентию? Вскоре средства на командировку, слава Богу, нашлись.

Признаюсь, не без искушений, из-за которых я чуть не отложила поездку, я вылетела в Иркутск в конце мая, в день Николая Угодника. Светлана Владимировна позаботилась о моей встрече и проживании в Иркутске со всем сибирским гостеприимством: жила я в удобной квартире, каждый день в моем распоряжении в нужные моменты была машина, компьютер и все, что мне надо. В тот день, когда самолет приземлился в аэропорту Иркутска, я сразу поехала в Знаменский монастырь, к мощам Иннокентия Иркутского, чтобы отслужить молебен и получить благословение на труды на родине отца Иннокентия. Была середина дня, в храме народа не было, и свечница сообщила мне, что сегодня молебен отслужить уже не придется, а лишь завтра, после литургии. Испросив разрешение, я стала тихо читать акафист у мощей святителя Иннокентия и, уже завершая моление, увидела, как к раке с мощами Чудотворца подходит священник, устанавливает аналой и готовится служить молебен для нескольких мужчин, подошедших вместе с ним.

Конечно, я тут же испросила у батюшки благословение написать записочку о здравии, он благословил, и молебен начался. Не чудо ли то, чего никто не ожидал? Я укрепилась духом и поняла, что мой приезд в Иркутск не будет бесплодным. С этого дня и до моего отъезда из Иркутска всё в родном городе отца Иннокентия складывалось наилучшим образом. И хотя я приехала вроде бы не в благоприятный момент, так как архив был закрыт на реставрацию, а редкий фонд Краеведческого музея тоже находился в связках, из Иркутска я увезла намного больше материалов, чем рассчитывала.

А через несколько дней открылось, что же за люди тогда, в день моего приезда, пришли молиться к мощам Иннокентия Иркутского. Оказалось, что это были благотворители из города на Неве, построившие в Иркутске храм в честь Блаженной Ксении Петербургской. Их сопровождал иркутский иконописец Михаил Лутаенко, который мне сообщил об этом, когда через несколько дней мы с ним пересеклись в администрации Этнографического музея «Тальцы».

Одним из неординарных событий в Иркутске было следующее. Есть в Иркутске театр, на постройку которого Иннокентий Сибиряков пожертвовал 30 тыс. рублей. Здание театра и теперь одно из красивейших в городе. Естественным было мое желание посмотреть и внутренний интерьер театра. Но оказалось, что тот день, когда мы в театр собрались, был последним перед закрытием театра на летний период, а билеты уже все распроданы. Все обычные в таких случаях попытки Светланы Владимировны – заядлой иркутской театралки – достать билеты успехом не увенчались. И тогда, в желании показать мне театр во что бы то ни стало, она стала звонить наобум по всем телефонам театрального справочника. После каждого звонка надежд становилось все меньше, как вдруг в ее кабинете раздался звонок, и незнакомый человек, не представляясь, обратился к ней по имени-отчеству, предложил перезвонить по такому-то телефону такой-то и назвать себя, сообщив такой-то, сколько билетов надо. В полном недоумении Светлана Владимировна всё сделала согласно этому инструктажу. Ей назвали имя человека, которого надо найти в театре перед самым концертом (а был вечер русского романса), назвать себя, и он предоставит места.

Мы оказались в ложе для самых высоких гостей. Раньше ее называли царской

Обо всем этом я узнала позже. А в тот вечер, как мы со Светланой Владимировной и договорились, после работы в библиотеке я подошла к театру. К нам в фойе вышла обходительная женщина, которая привела нас прямо в роскошную ложу с маленькой гостиной перед нею. На попытку заплатить за места она отреагировала так: «Что вы, что вы! Вы – приглашенные!» Оставляя нам ключ на тот случай, если мы захотим закрыть дверь изнутри, она прибавила: «Губернаторская ложа крайне редко открывается». Во время концерта напротив себя мы видели обычную ложу, в которой никто не сидел, куда вполне могли бы посадить нас, но почему-то мы оказались в ложе для самых высоких гостей. Раньше ее называли царской. Светлана Владимировна так была потрясена, что много раз повторила: «Ты понимаешь, что это тебя Иннокентий Михайлович в царскую ложу посадил?!» На это я ответила: «Это он тебя посадил, чтобы ты поняла, как близок к нам мир святых».

Еще в самолете, продумывая в очередной раз примерный план распределения командировочного времени, я вдруг четко поняла, что ничего планировать не надо, а на предложения о той или иной встрече в рамках моего дела следует отвечать «да», не сомневаясь. По этой причине и приняла предложение директора Центра историко-культурного наследия Иркутской области Надежды Натановны Красной провести для телекомпаний Иркутска и корреспондентов местных газет пресс-конференцию по теме моего визита в Иркутск. Понимая, что на пресс-конференции мне могут быть заданы вопросы, не только касающиеся жизни И.М. Сибирякова, но и более общего характера, я пригласила участвовать в пресс-конференции священника Иркутской епархии о. Александра Абидуева и сотрудницу Музея города Иркутска, к. и. н. Наталью Игоревну Гаврилову. И хотя журналисты, как нередко бывает, попытались сделать из полученной информации сенсацию, тем не менее тысячи иркутян благодаря этой пресс-конференции узнали о человеческом и духовном подвиге своего незаслуженно забытого земляка.

Иркутск 2005 года подарил мне опыт духовного единения Церкви Небесной и земной

Не без Промысла Божия состоялось в Иркутске и мое знакомство с известным русским писателем-сибиряком Валентином Григорьевичем Распутиным, незадолго до этого побывавшим в Свято-Андреевском скиту на Афоне. Он сам назначил мне встречу и во время беседы искренне сожалел, что только сейчас узнал о схимонахе Иннокентии (Сибирякове), так как уже был опубликован его очерк о пребывании на Афоне. «Знай я этот факт, как он мог бы обогатить мой очерк!» – с сожалением признался Валентин Григорьевич. С его подачи моя статья о схимнике Иннокентии была опубликована в альманахе «Тобольск и вся Сибирь».

В день моего отъезда из Иркутска, уже перед самым отправлением поезда, мне принесли на вокзал епархиальную газету. Развернув ее в поезде, я нашла там статью об операциях святителя Луки в иркутских госпиталях во время Великой Отечественной войны. Так в Иркутске я неожиданно встретилась с Крымом. В 2013-м году митрополит Симферопольский и Крымский Лазарь поручил мне работу над двухтомным альбомом о святителе Луке (Войно-Ясенецком). С целью сбора материалов для альбома я побывала в Иркутске, Красноярске, Енисейске, Большой Мурте, Туруханске – местах ссылки епископа Ташкентского, в будущем святого исповедника Луки. В 2015-м и 2018-м годах увидели свет два тома «Да светит всем!» ‒ о земной жизни и небесной славе святителя Луки Крымского (автор проекта ‒ митрополит Лазарь, автор комментариев и создатель справочного аппарата – Т.С. Шорохова).

Так Иркутск 2005 года подарил мне опыт духовного единения Церкви Небесной и земной, для которой нет расстояний.

Рождение книги

Татьяна Сергеевна Шорохова, член Союза писателей России

Татьяна Сергеевна Шорохова, член Союза писателей России

По возвращении в Петербург мне предстояло завершить работу над брошюрой «Благотворитель Иннокентий Сибиряков», которая планировалась в пакет документов XIII Международного Конгресса по благотворительности. К этой конференции Фонд готовился совместно с Санкт-Петербургским Государственным Университетом уже несколько месяцев. Особую важность работе придавал тот факт, что Конгресс был посвящен 145-летию со дня рождения Иннокентия Михайловича Сибирякова.

Главной темой представленного мною на рассмотрение редактору издательства очерка о жизни И.М. Сибирякова была его благотворительность. Мне тогда казалось, что для первого знакомства читателей с Иннокентием Сибиряковым этого будет достаточно, ведь брошюра готовилась для узкого круга людей – участников конференции, да и носила не популяризаторский, а научный характер. Материал в ней походил больше на статистический отчет о делах благотворительности отца Иннокентия, духовного аспекта личности Иннокентия Михайловича я касалась очень осторожно и в малом объеме. И хотя главная задача темы – ответить на вопрос, что сделал Иннокентий Сибиряков как благотворитель – была решена, тем не менее редактор Вера Сергеевна Сдобникова вернула мне рукопись на переработку. Основное требование – решить личность И.М. Сибирякова через призму его эпохи. По существу, надо было написать новую книгу, а времени на это не оставалось: сдача нового варианта рукописи была назначена через неделю. За это время надо было найти «ключ» к теме, то есть определиться, через какую призму рассматривать эпоху русской истории конца XIX века и личность Иннокентия Сибирякова в ней; надо было изучить и «призму», и эпоху, и увидеть в ней место схимонаха Иннокентия. Требовалось время на изучение необходимой литературы, но как раз-то этого времени и не было!

В эти дни я по особому испытала на себе действие духовного закона, что сила Божия в немощи человеческой совершается (ср. 2 Кор. 12, 10). Сначала пришла ясность, что жизнь Иннокентия Сибирякова надо рассмотреть с учетом его поиска Истины, устремленности к духовному совершенству, что составляло главный стержень его личности. А коль такой поиск происходит в идейном пространстве, то и рассматривать эпоху надо с этой стороны: через противостояние основных направлений русской общественной мысли того времени – «западников» и «славянофилов». Так в моей руке оказался новый «ключ» к написанию исследования об Иннокентии Сибирякове.

Стоило ли удивляться, что необходимые книги оказались у меня дома, на книжной полке

После этого стоило ли удивляться, что необходимые книги оказались у меня дома, на книжной полке. Необходимость ехать в библиотеки на первом этапе работы отпала, и лишь в завершение работы над книгой я обратилась к дореволюционным изданиям, чтобы по первоисточникам проверить цитаты и пополнить работу высказываниями мыслителей, необходимыми мне для расстановки акцентов. Господь по Своей милости продлил мне сроки сдачи рукописи: сначала редактор по своим обстоятельствам перенесла мне встречу на неделю вперед, а потом Вера Сергеевна согласилась дать мне еще несколько дней для завершения работы.

Таким образом, новая книга вчерне появилась за три недели. 30 предполагаемых страниц брошюры превратились в 140 страниц исследования с мелким шрифтом. Откуда-то при слабом здоровье брались силы трудиться по 18–20 часов в сутки: четыре-пять часов сна, а остальное время – молитва и работа, причем большая часть времени ‒ за компьютером: так как на рукописные черновики времени не оставалось, текст приходилось набирать сразу, по ходу работы над книгой. Основной молитвой этого времени было прошение: «Господи! Даждь ми мысль благу!» И решение приходило, выстраивалась логика построения глав, книги, сопутствующие работе, открывались на нужных страницах… Конечно, было очень трудно, но книга уже родилась. Дальше началась работа по «дошлифовке» рукописи.

В конце лета приехала ко мне моя Фотиния из Иркутска. Но прежде с группой московских паломников Светлана Владимировна побывала на Валааме в день освящения Преображенского собора Валаамского монастыря. Как она сама потом рассказывала, после литургии, когда Патриарх Алексий II направился к выходу, благословляя стоящих по обе стороны прохода монахов, почему-то так само собой получилось, что монах, который только что перед нею стоял, отступил в сторону, и Патриарх, благословив Светлану, подал ей руку – приложиться. Паломники удивлялись, не говоря уже о ней самой, как это получилось, что Патриарх Фотинию благословил, хотя стена иноков была довольно плотной? Говорили, что это – неспроста, что это – редкость. «За что же мне такая милость?» – думала Светлана Владимировна. Недоумевала она недолго. Как раз сразу после литургии их группа отправлялась на теплоходе в Воскресенский скит Валаамского монастыря, и первой фразой экскурсовода в скиту было сообщение о том, что скит построен на пожертвования благотворителя Иннокентия Михайловича Сибирякова. Теперь Светлана Владимировна поняла, по чьим молитвам подарил ей Господь такую радость – получить благословение от Патриарха. Для москвичей в таком событии, возможно, и нет ничего особенного, а для жителей русской глубинки – это настоящий дар.

Мой Афон

Монах Ангелос прикладывает рукопись книги «Благотворитель Иннокентий Сибиряков» к мощам апостола Андрея Первозванного в Свято-Андреевском скиту на Афоне. 2005 год
Монах Ангелос прикладывает рукопись книги «Благотворитель Иннокентий Сибиряков» к мощам апостола Андрея Первозванного в Свято-Андреевском скиту на Афоне. 2005 год

В сентябре 2005 года глава Фонда Валентин Боцвин снова оказался на Афоне. У него была с собой распечатка рабочей версии текста книги «Благотворитель Иннокентий Сибиряков». С нею Валентин Иванович и отправился в Свято-Андреевский скит. Сложилось так, что в Андреевском соборе Свято-Андреевского скита греческий монах по имени Ангелос приложил эту рукопись к мощам апостола Андрея Первозванного, хранящимся в драгоценном ковчеге (лобная кость апостола Андрея). Теперь освященная на мощах апостола Андрея рукопись и фотография, этот момент запечатлевшая, хранятся у автора книги о схимнике Иннокентии.

А 13 октября 2005 года Господь сподобил меня подняться и на символическую гору Афон, но не в Греции, а в Макарьевой пустыне – месте подвига преподобного Макария Римлянина, Новгородского Чудотворца. Накануне здесь освещался престол только что срубленной деревянной церкви Успения Божией Матери. Макарьевская пустынь была полностью разрушена во время Великой Отечественной войны, но паломники посещали это заброшенное место, где сохранился от монастырских времен небольшой холм, теперь увенчанный новым поклонным крестом. Еще не зная о том, что это уменьшенная модель Святой Горы Афон, устроенная монахами в конце XIX века, я поднялась на горушку и приложилась ко Кресту. Буквально через несколько минут в глухом лесу, уже безлюдной к тому времени пустыни, мне в руки попала газета с материалом о пребывании Президента В.В. Путина на Афоне 9 сентября 2005 года. Сведения об этом пребывании Президента России на Святой Горе я как раз искала. Моё паломничество состоялось ровно за неделю до завершения работы над примечаниями к книге «Благотворитель Иннокентий Сибиряков» и сдачи книги в верстку.

Уже после выхода книги связался со мной в конце марта 2006 года в Петербурге афонский иеросхимонах Ефрем, который в течение 6 лет подвизался на Каруле, в келлии святителя Иннокентия Иркутского и преподобного Давида Солунского, выстроенной схимонахом Иннокентием и архимандритом Давидом. Почитатель о. Иннокентия (Сибирякова), он собирает материалы о русских подвижниках Афона, подвизавшихся с царских времен и доживших почти до наших дней. Отец Ефрем рассказал, что последним русским схимником, который жил в келлии схимонаха Иннокентия на Каруле, был схимонах Никодим, пришедший на Афон еще в годы Первой мировой войны и скончавшийся в 1984-м году. На память о нашей встрече афонский инок подарил мне маленький камушек со Святой Горы, формой своей напоминающий рельеф Афона.

На следующий день после нашей встречи я села и записала эти заметки, к которым никак не могла приступить, хотя и имела благословение. Пусть драгоценные свидетельства Промысла Божия, так явственно проявившегося в моей жизни, послужат к восстановлению в России доброй памяти о схимонахе Иннокентии (Сибирякове) – да принесет сей избранник Христов великую пользу народу Божию.

Внучка Н.Я. Данилевского

Одним из неожиданных событий при работе над книгой стало прикосновение к судьбе внучки выдающегося русского мыслителя Николая Яковлевича Данилевского, Татьяны Ивановны Данилевской – в постриге мантийной монахини Игнатии. В начале 2005 года мне сообщили из Крыма, что в окрестностях Алупки жил Андрей Константинович Трапезников – родной дядя по материнской линии схимонаха Иннокентия (Сибирякова). А.К. Трапезников доводился монахине Игнатии крестным отцом. Семьи Трапезниковых и Данилевских дружили, так как их имения располагались по соседству: Мшатка принадлежала Данилевским, а поместье Ай-Юри (Святой Георгий) – Трапезниковым. В начале XX века Мшаткой владел сын Н.Я. Данилевского Иван Николаевич.

Мне было известно, что Иннокентий Михайлович Сибиряков бывал в Крыму, в Ялте, а, значит, скорее всего, и в имении Трапезниковых, или по крайней мере наведывался туда гостем. Мысль о том, что Татьяна Ивановна Данилевская, 1914-го года рождения, в пору своего детства могла слышать от крестного отца, Андрея Константиновича, рассказы о его племяннике – афонском схимнике Иннокентии, побудила меня отправиться в Иоанновский монастырь, где в то время находилась матушка Игнатия. Но оказалось, что доступ к ней (по просьбе родственников) ограничен в силу почтенного возраста монахини. Оставив в монастыре вопросник к матушке в расчете на то, что, может быть, ее келейница услышит от нее нечто для меня ценное, я периодически звонила в монастырь, но информации для меня не имелось. И уже в сентябре, когда редактор Вера Сергеевна стала настаивать на четкой сноске на источник о связях Трапезниковых и Данилевских, я снова отправилась на набережную реки Карповки. В этот раз, хотя я с матушкой Игнатией так и не встретилась, но многое узнала о ней от ее келейницы матушки Тавифы, увидела фотографии матушки Игнатии и узнала, где можно прочесть о ее жизни. Выяснилось, что дочь матушки Игнатии Инна Михайловна Рау публикует статьи о своих знаменитых родственниках в журнале «История Петербурга».

Николай Яковлевич Данилевский
Николай Яковлевич Данилевский

Помню, матушка Тавифа со значением подчеркнула: «Если бы вы пришли вчера, я бы не смогла вам уделить ни минуты внимания, так как матушке было плохо, а сегодня она чувствует себя хорошо». А дней через 8‒10 матушка Тавифа позвонила мне сообщить, что монахиня Игнатия скончалась на 92-м году жизни вечером 4 октября. Я была приглашена на похороны инокини. Там, под сводами Иоанновского монастыря, я смотрела на внучку матушки Игнатии, Татьяну Алексеевну Маковкину – праправнучку Николая Яковлевича Данилевского, которая пришла на похороны бабушки со своим сыном-подростком, чертами лица напоминающим Н.Я. Данилевского в молодости, – и почему-то приходили мысли о судьбах России…

Мне не пришлось побывать в Иоанновском монастыре на панихиде по матушке Игнатии на девятый день, но на сороковой день после ее кончины я в обитель святого Иоанна Кронштадтского поехала. Да и как же иначе? Ведь сороковой день со дня преставления матушки пришелся как раз на день рождения схимонаха Иннокентия (Сибирякова) – на его 145-летие. После службы очень узким кругом людей с матушкой Тавифой мы отправились в Вартемяги, где за алтарем церкви Святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии находится маленькое монастырское кладбище. Здесь и нашла свой последний приют матушка Игнатия, так дивно связавшая две эпохи русской жизни и приблизившая к нам то время, когда еще в расцвете лет были люди, знавшие Иннокентия Сибирякова лично. Матушка Тавифа, зная, что я собираюсь в Крым, набрала с могилки матушки Игнатии землю с тем, чтобы я рассыпала ее в Кипарисовом зале бывшего имения Данилевских, на могилы деда и матери почившей монахини. Такова была воля упокоившейся в селениях праведных инокини.

Я смогла выбраться на юг, когда упали сильные крещенские морозы в январе 2006 года. В тот год в Крыму они достигали ‒27°. В Алупку к о. Валерию я добралась в последних числах января. На Южном берегу Крыма было морозно, ‒ 8°. Гололед заставил водителей надеть на колеса машин цепи. Но по мере того, как я приближалась на маршрутке к Алупке, погода стала меняться буквально на глазах: выглянуло солнце, подул южный ветер, и дороги на солнечной стороне стали оттаивать. На следующий день, когда мы отправились в бывшее имение Данилевских, кладбище которого территориально располагается значительно ниже современной трассы Ялта-Севастополь, дороги раскисли настолько, что батюшке пришлось даже остановиться и снять с колес цепи. Добравшись по крутым спускам, сначала на машине, а потом пешком, к цели, постояли немного в тишине у скромной могилы русского мыслителя, а потом отец Валерий отслужил литию об упокоении раб Божиих Николая, новопреставленной монахини Игнатии и всех здесь погребенных, воспев им «вечную память».

После этого рассыпала я северную землю с могилки монахини Игнатии возле могильного креста ее деда (теперь установлен памятник), а комочек мерзлой крымской земли с родового кладбища Данилевских взяла с собой, чтобы попали эти частицы – знаки земного и духовного родства трех поколений семьи Данилевских – на могилку матушки Игнатии. Уже к вечеру этого дня похолодало, а через день в Крым снова вернулись сильные морозы.

Память праведного

Как уже отмечалось, книга «Благотворитель Иннокентий Сибиряков» готовилась к XIII Международному Конгрессу «Проблемы благотворительности в современном мире», проходившем в Санкт-Петербурге 22–24 ноября 2005 года. В те дни исполнилось ровно 120 лет, как Иннокентий Михайлович Сибиряков – студент Императорского Санкт-Петербургского университета – перешел в разряд вольнослушателей, а, по сути, из университета ушел. Потому-то особым содержанием наполнялась и сама конференция по благотворительности, осенённая именем И.М. Сибирякова, и панихида по схимонаху Иннокентию, отслуженная в университетской церкви Апостолов Петра и Павла.

О том, как проходил Конгресс по благотворительности, опубликовано достаточно много информации, поэтому я не буду на нем останавливаться подробно, а лишь отмечу некоторые особенности этого события, связанные с темой этих заметок. В Петербург для участия в работе Конгресса по благотворительности прилетал из Торонто протоиерей Владимир Мальченко. Отец Владимир увез в Канаду несколько экземпляров книги об Иннокентии Сибирякове. Несомненно, имя схимонаха Иннокентия сегодня вполне может стать одним из символов укрепления братолюбивых связей русских людей, разбросанных лихолетьем по всему миру.

​Щедрый дар

Весь период работы над книгой «Благотворитель Иннокентий Сибиряков» (июль-октябрь 2005 г.) совпал у меня с непростой семейной ситуацией. Не стоило бы о ней и писать, если бы не завершилось для меня решение возникшей проблемы явным чудом Божиим по молитвам к благотворителю-схимнику, возлюбленному о Господе отцу Иннокентию. Вопрос касался квартиры, в которой я жила после маминой кончины, но которая принадлежала не только мне, но и моей сестре Галине Сергеевне. Первый год после смерти мамы истек 14 июля 2005 года, и семья сестры поставила передо мной вопрос о немедленной продаже квартиры и разделе денег по долям. Я просила сестру отложить продажу квартиры на декабрь, когда завершится моя работа над книгой, но у нее были свои причины на это не согласиться.

Работа над книгой о благотворителе меня занимала полностью, а продажа квартиры и подыскание себе жилья, в свою очередь, требовали огромного времени, которого не оставалось. Между общественным вопросом и бытовым я выбрала первый, надеясь, что последний уладится как-то сам собою. Передо мной открывалась перспектива ‒ уходить жить в коммунальную квартиру, так как на причитавшуюся мне от продажи маминой квартиры сумму я могла купить только комнату. О долгах и речи быть не могло, потому что отдавать их было нечем. Оставлять начатую тему о схимонахе Иннокентии незаконченной и уходить на две работы, чтобы перекрывать долги за квартиру, мне не благословили – с креста, как известно, не сходят, с него снимают.

Т.С. Шорохова. Вблизи Байкала. 2005 год
Т.С. Шорохова. Вблизи Байкала. 2005 год

Недостающая сумма на покупку квартиры нашлась. И она была мне пожертвована

Родственники продолжали настаивать на моем активном участии в решении квартирной проблемы. Но, возложив всё упование на Бога, продолжала я заниматься основным делом – писала книгу. Время от времени житейское море штормило, и я впадала в малодушие, но всегда Господь кого-то мне посылал с добрым, укрепляющим словом. Самое главное, наверное, было в том, что я смирилась с мыслью об уходе в коммуналку. «Там живут сотни тысяч людей, а чем я лучше их?» – задавала я себе вопрос, когда периодически начинала паниковать. Это меня и успокаивало.

Удивительно то, что мои добрые знакомые как раз именно с этой мыслью не смирились. Как бы там ни было, но недостающая сумма на покупку отдельной однокомнатной квартиры, составлявшая четвертую часть стоимости квартиры, нашлась. И она была мне пожертвована. Три человека, в общем-то, со мной знакомые от полугода до двух лет, передали мне разными путями недостающую сумму. Активно я искала квартиру только пару дней. И остановилась в выборе на первом более-менее подходящем варианте.

Завершение моей работы над книгой «Благотворитель Иннокентий Сибиряков» пришлось на двадцатые числа октября, и… 21 октября состоялась сделка о купле-продаже квартиры. Вот уж действительно ‒ уповающий на Господа не постыдится! Но перед этим – «узкий путь и тесные врата» и… молитва с верой к схимонаху Иннокентию. И для меня немаловажно, что часть денег я получила из Иркутска, часть ‒ от человека, занимающегося производством ювелирных изделий, и часть ‒ от брата во Христе, часто бывавшего на Афоне. Видно, для того, чтобы в маловерии своем не усомнилась, по чьим молитвам пришла мне помощь от Господа.

После выхода книги

Книга «Благотворитель Иннокентий Сибиряков» вышла в издательстве Санкт-Петербургского университета в ноябре 2005 года маленьким тиражом и быстро разошлась. Вскоре Фонд стал получать заявки на ее приобретение, но приходилось отказывать из-за отсутствия таковой.

Духовные связи, соединяющие Русь разоренную и Россию сегодняшнюю, ткут незримую ткань Святой Руси, неистребимую временем

Иногда читатели книги связываются со мной, делятся о ней своими впечатлениями. Об одном таком разговоре я и хочу поведать в завершение этих заметок, как о примере того, насколько все-таки еще близко то время, когда жил схимонах Иннокентий, и духовные связи, соединяющие Русь разоренную и Россию сегодняшнюю, несмотря ни на что, не только продолжают существовать, но и ткут незримую ткань Святой Руси, неистребимую временем.

Протоиерея Алексия Бабурина я впервые увидела на Международной конференции, посвященной духовному наследию святителя Луки (Войно-Ясенецкого), которая проходила в Крыму в начале сентября 2004 года и была организована Крымской епархией и Крымским Медицинским университетом. А познакомились мы с батюшкой через несколько дней в Алупке, будучи гостями отца Валерия. Прошло полтора года, и Господь снова нас соединил через отца Валерия, хотя и по телефону. Отец Алексий, находившийся в Крыму на очередной духовно-медицинской конференции, приехал к батюшке Валерию поздравить его с днем Ангела, а я как раз позвонила о. Валерию по телефону с той же целью. В доме у именинника отец Алексий увидел книгу «Благотворитель Иннокентий Сибиряков».

Оказалось, что отец Алексий, мирским делом которого является медицина, был лечащим врачом выдающегося русского мыслителя Алексея Федоровича Лосева в последние годы жизни ученого. Философ много рассказывал доктору, будущему священнику, о своем духовном отце ‒ архимандрите Давиде (Мухранове). Отец Алексий мне сообщил, что он составил по воспоминаниям Алексея Федоровича Лосева, с его слов, записки об о. Давиде, которые были опубликованы в журнале «Москва». «Я не хочу выпускать эту книгу из рук, – говорил мне по телефону о. Алексий о книге «Благотворитель Иннокентий Сибиряков». – Только представьте, Татьяна Сергеевна, – отец Давид был духовником таких выдающихся людей, как Иннокентий Михайлович Сибиряков и Алексей Федорович Лосев!»

Летом 2006 года я приняла участие в работе конференции в городе Сарове с докладом об отце Иннокентии. С тех пор эта тема – жизнь, благодеяния и подвиг Иннокентия Михайловича Сибирякова – меня не отпускает. Эти заметки были написаны в 2006-м году, а дополнены в январе 2019 года, в связи с доброй вестью: подготовлены документы по канонизации схимонаха Иннокентия (Сибирякова), которые предполагаются к рассмотрению в ближайшее время.

За истекшие 13 лет мною было опубликовано в различных изданиях более 20 статей, посвященных Иннокентию Михайловичу. Изданы брошюры об о. Иннокентии: «Подвиг милосердия: От миллионера-золотопромышленника до монаха-схимника; благотворитель Иннокентий (Сибиряков)» (Свято-Успенская Почаевская лавра, 2007); «Ангел милосердия» (Тосно, 2008).

Увидела свет книга «Миллионер, благотворитель, схимник» (Вступительное слово – митрополит Симферопольский и Крымский Лазарь, Симферополь, 2010). В 2013-м году я вновь побывала в Иркутске с целью сбора материалов уже к альбому о святителе Луке (Войно-Ясенецком) и с надеждой найти заинтересованных людей для издания книги о схимнике Иннокентии на его родине. В этот приезд я познакомилась с Сергеем Афанасьевичем Снарским, находящимся у руководства Братством святителя Иннокентия Иркутского, основанного еще Иннокентием Михайловичем Сибиряковым. От Сергея Афанасьевича я узнала, что через неделю с Афона в Иркутск приезжает делегация греков с намерением поклониться земле, которая взрастила схимника Иннокентия (Сибирякова).

Так как у меня были куплены билеты по маршруту сбора материалов о святителе Луке, я решила свой отъезд из Иркутска не откладывать, тем не менее подписала настоятелю Андреевского скита схиархимандриту Ефрему книгу «Миллионер, благотворитель, схимник» с надеждой, что она окажется на Афоне, у дорогих мне останков схимника Иннокентия.

В 2014-м году в Иркутске попечением Братства Святителя Иннокентия Иркутского вышла моя книга «Иркутянин-святогорец Иннокентий (Сибиряков)». Я была приглашена на ее презентацию, которая состоялась в Иркутске в июле 2014 года. Презентацию возглавил владыка Братский Максимилиан – большой почитатель схимонаха Иннокентия (Сибирякова). Осенью того же года по приглашению владыки Максимилиана я побывала и в Братске, где у железнодорожного вокзала осмотрела часовню в честь четырех Иннокентиев, среди которых и схимник Иннокентий (Сибиряков).

Начиная с 2013 года, я принимаю участие в работе Сибиряковских чтений, которые проходят в Музее истории города Иркутска им. А.М. Сибирякова. Александр Михайлович Сибиряков – старший брат схимника Иннокентия, а занимаемое музеем здание тоже связано с Сибиряковыми: оно было построено как учебное заведение и носило имя Антонины Михайловны Кладищевой – скоропостижно скончавшейся сестры Иннокентия и Александра. Отрадно, что тема жизни, благотворительной деятельности и духовного подвига отца Иннокентия была подхвачена людьми, которые тоже увидели в нем святого человека. Сегодня ему посвящены не только статьи, но и фильмы, созданные разными авторами.

Считаю своим долгом упомянуть и еще об одном свидетельстве. Есть в Крыму священник о. Алексий, в приходе которого в 2010-м году состоялась презентация моей книги «Миллионер, благотворитель, схимник». К моменту презентации батюшка уже прочел эту книгу. Помню, он сказал мне тогда, что личность Иннокентия Сибирякова его так поразила, что он полностью поменял свое отношение к деньгам. В то время у прихода церкви в честь Феодора Ушакова было небольшое помещение в типовой пятиэтажке. А через несколько лет встал в небольшом посёлке Новофедоровка величественный храм, который, берусь утверждать, – еще одно благое деяние схимника Иннокентия, с такой духовной пользой повлиявшего на сердце крымского священнослужителя.

Господь являет России еще одного Своего заступника

Завершая свои заметки и вынося их на суд читателей, я не могу не отметить, что подробное знакомство с жизнью и духовным подвигом благотворителя, подвижника, праведника о. Иннокентия (Сибирякова), а также обстоятельства моей частной жизни и события в жизни ряда людей убеждают меня в том, что Господь являет России еще одного Своего заступника, посвятившего любви к Богу и человеку всю свою жизнь – и земную, и небесную. Поминать схимонаха Иннокентия в своих молитвах или не поминать, заказывать о нем панихиды или не заказывать, обращаться к нему за помощью или не обращаться, решать вам самим. В делах сердечных не человек советчик, а Господь. Но если кто-то из вас обратится к отцу Иннокентию и получит от Бога помощь, не утаите это событие от Церкви.

…И на обломках вселенной
только христианская любовь
будет сиять в мире вечности.


Православие.ru