Объяснение священной книги псалмов

Автор: протоиерей Григорий Разумовский Все новинки

Ночь перед свадьбой

Ночь перед свадьбой

Девочка выходит замуж. Что же тут удивительного? Все девочки вырастают и выходят замуж. Вот и эта выросла. Конечно, ей бы немного повременить, да не хочет: у них любовь, у них чувства. Разве можно предавать любовь?

Любовь предавать нельзя.

Стали готовиться к свадьбе. Кто выходил замуж, знает, что свадьба дело хлопотное, но приятное. Девочка окунулась с головой в предсвадебные заботы. Это очень приятно – быть в центре внимания. Сначала они с будущим мужем выбирали кольца. Ей хотелось пошире, а он предложил сэкономить и купить подешевле – какая разница, кольцо и кольцо. Девочке стало обидно. Ещё не женился, а уже экономит.

– Да не экономлю, просто смысла не вижу. Лучше мы эти деньги отложим, после свадьбы знаешь, какие начнутся расходы.

Надулась девочка. Пожаловалась маме. И получила от мамы совет:

– Ты слабинку не давай, сразу на шею сядет. Не уступай, прояви твёрдость.

Девочка колечко отбила.

– Если очень хочешь, купим широкое, я не против.

Потом начались примерки платья, потом они выбирали кафе для свадебного вечера. Потом – музыка, ки-но, фото, машина, банты, шары… Да, ещё списки приглашённых. Здесь тоже получилась маленькая заминочка. У будущего мужа родственники в Самаре, тётка при муже и при двух сыновьях.

– Надо приглашать всех, а то обидятся.

– Четыре человека! А у нас каждое место за столом на учёте. Пусть делегата выберут, одного. Он от всех и приедет.

– Нельзя делегата! Такой день, я хочу их всех на моей свадьбе видеть.

– Я тоже много чего хочу! Я хочу пригласить Милку с параллельной группы, а ты сказал, Милку только через твой труп. Я тебе уступила? Уступила. И ты мне уступи.

Будущий муж не уступал. Вмешалась мама мужа. Или все, или никого. Решили: все из Самары и – Милка.

Дни шли. Свадьба приближалась. А тут вдруг такая неприятность. Позвонила из Самары тётка будущего мужа:

– Получили приглашение, спасибо, но нельзя вам сейчас свадьбу играть. На дворе Великий пост.

– Как нельзя?

– Надо перенести, обязательно надо. Грех это – постом семью создавать. Перенесите, вам Господь за это утешение пошлёт.

– А гости, а кафе? Уже всё оплачено, машина заказана. Нет, невозможно.

– Ты не торопись, ты подумай.

– И думать нечего, невозможно…

– Ну как знаешь, мы не приедем, прости нас.

Девочка узнала новость, обрадовалась:

– Вот видишь, я же говорила тебе, не надо их приглашать. Сразу четыре места освободилось. Давай прикинем, кого вместо них.

– А вдруг правда грех?

– Что ты предлагаешь? Ну что ты предлагаешь?!

– Обидно. Я так хотел видеть своих на моей свадьбе…

– Не грусти. Мы к ним сами поедем. Тут дороги – одна ночь. Я никогда не была в Самаре.

И вот завтра свадьба. Всё вроде готово, висит на плечиках платье – роскошное, с лёгкими искринками по подолу, воздушная фата, белые изящные туфельки.

«Ложись пораньше. Ты должна быть завтра в форме. Да и вставать тебе рано, в парикмахерскую». Что возразишь маме?

Её последняя ночь перед свадьбой. Послушно легла пораньше. Да разве уснёшь? Девочка смотрела в потолок и улыбалась. Скорей бы завтра. Всё начнётся… За ней приедет будущий муж. Станет её выкупать. Девчонки с факультета что-то там придумали, должно быть смешно.

– Объявляю вас мужем и женой…

Она – жена! Умора!

– Обменяйтесь кольцами…

Хорошее у неё колечко. Отбила. А то – давай узкое. Странный человек её жених. Ещё свадьбу не сыграли, а он уже думает, что будет потом: «Знаешь, какие расходы начнутся…» А может, он жадный? Нет ничего хуже, чем жадный муж. Будет её контролировать, что купила, зачем купила. Нет, он не жадный, он хороший. Она его любит. Хотя, что такое эта любовь? Одно дело – читаешь в книжках, другое – жизнь. В книжках по-разному пишут, и в жизни по-разному бывает. Мама рассказывала, что она тоже выходила за отца по любви. Но куда она потом делась? Мама ушла от мужа. Он ей изменил. Она нашла у него в столе письмо от женщины. Женщина писала, что не может без отца жить, что он самый умный, самый замечательный, она любит его и хочет за него замуж. И девочка осталась без отца. Мама права: нельзя предавать любовь. Хотя бывает – не любят друг друга, а живут. Значит, в семейной жизни любовь необязательна? Спросить бы у кого. Многие живут ради детей. Терпят, но живут. А разве это правильно – терпеть? Вот будут у них дети… А любовь уйдёт. И что – терпеть друг друга? Нет. Лучше честно признаться – ушла любовь. А раз так, жить вместе нечестно.

«О чём это я? Завтра свадьба, а я про то, что ушла любовь».

Девочка вспомнила, как они познакомились. С мамой поехали в Ялту, в дом отдыха, а её жених, студент, там подрабатывал на спасательной станции. Приехали с другом денег заработать. Ну и – увидел её. Ну и – растаяло его сердце. Ну и – завтра свадьба.

Девочке многие говорили, что она хорошенькая. И друг жениха говорил, даже звонил ей несколько раз. Смеялась с девчонками:

– Оба хорошие, а выбрать надо одного.

Она бы до сих пор выбирала, но её жених друга опередил:

– Давай поженимся?

Тряхнула своими белыми кудряшками. Залилась колокольчиком:

– Любишь, что ли?

– Люблю…

– Докажи.

Вечером он принёс корзину с цветами, поставил у её ног.

– Я согласна…

А друг звонил ей, предлагал встретиться. Но она утаила это от жениха, зачем его расстраивать. Завтра он придёт на их свадьбу. Она глянет на него из-под фаты озорно и весело: «Ну что, опередили тебя, друг жениха». Она будет неотразима, и он пожалеет, что опоздал.

А что, если померить платье. И фату. И улыбнуться озорно и весело, как завтра. Надо прорепетировать.

Девочка вскочила, включила ночник. Подошла к зеркалу. Хорошенькая. Надела платье, фату, туфли на босые ноги. Она как-то сразу стала выше. Платье легко и приятно обтягивало её стройную фигурку, она очень себе нравилась. Опять радостно кольнуло сердце. Скорее бы завтра. Завтра все будут восхищаться ею, дарить цветы. Наверное, во Дворце бракосочетания на неё станут обращать внимание и перешёптываться: «Смотрите, смотрите, какая красивая невеста!»

Звонок. Жених:

– Не спишь?

– Какой сон! Завтра ты увидишь меня в свадебном наряде и ахнешь.

– Знаешь, а мне как-то не по себе. Великий пост, а мы… Надо было всё-таки перенести свадьбу, тётя права.

Она мгновенно увидела в зеркале златокудрую, но очень злую девочку.

– Это уже слишком! Мы же обо всём договорились! А ты, ты ночью, накануне свадьбы…

– Прости, но у меня сердце не на месте.

– А зачем надо сообщать об этом мне?

– Я думал, у нас не должно быть секретов друг от друга.

– А я думала, мы должны друг друга беречь.

Она положила трубку и заплакала. Села на краешек кровати в своём роскошном свадебном наряде и похлюпала от души. Ей захотелось, чтобы её пожалели, успокоили. Но мама спала. Она тоже набегалась и ей предстоит трудный день. Отец… У него своя жизнь. А жених звонит ей среди ночи не для того, чтобы сказать, что любит её и не может без неё жить, а сообщить, что у него не на месте душа. Дался ему этот Великий пост. Сколько людей женятся в пост и ничего, а он испереживался. Раньше надо было думать, а то заморочил девочке голову. А вот друг жениха вряд ли себе такое мог позволить. Он читал ей стихи по телефону…

Сердце девочки заныло совсем не по-свадебному. И опять ей захотелось уткнуться в чьё-то взрослое плечо.

Вдруг вспомнила. Сегодня, когда она забежала в кондитерскую, чтобы забрать заказанный свадебный торт, произошло неприятное событие. Она думала, что это её совсем не коснулось, а вот теперь, среди ночи, обострилось до деталей, до мелочей.

Зашла в кондитерскую нищая. Продавщица, видно, знала её. Протянула ей пирожное, маленький эклерчик:

– Бери, свежее, с заварным кремом.

Нищая отчаянно замотала головой.

– Сладкое, очень сладкое, мне бы хлебушка.

– Нет хлебушка, бери эклер.

А та не берёт:

– Сладкий пост, горькая Пасха…

– О чём ты, бабушка?

– Сладкий пост, горькая Пасха…

И вдруг резко повернулась к девочке:

– Правда, дочка?

Тогда ни к чему. А сейчас обожгло. Надо позвонить, рассказать жениху, она вспомнила! Эта нищая так на неё посмотрела… Мамочка родная, страшно, мамочка! Но девочка не будет звонить. Ведь она сама призывала его друг друга беречь. Пусть спит. У него завтра тоже трудный день.

Ах, что это была за свадьба! Она вышла к машине и девчонки с факультета раскрыли от восхищения рты. Жених выкупил её за три бутылки шампанского и большой пакет отменной закуски. Роскошная длинная машина несла её широкими проспектами к новой жизни, которая немыслима без любви. Шары – зелёные, синие, красные, фиолетовые – упруго шлёпали о стекло, один из них лопнул и повис под «дворником» жалкой тряпочкой. Подумаешь, шаров много! Зато розовый пупс бесстрастно сидел на капоте как влитой. Он будто привык к этой кутерьме и принимал её как должную.

Они поднялись по роскошному ковру туда, где мерцают люстры и в зеркалах отражается – красота.

– Вы объявляетесь мужем и женой…

Колечко. Широкое. Дорогое. Такое не стыдно носить, хорошо, что выбрали это.

Женщина в строгом брючном костюме, прямая как жердь, ткнула малиновым маникюром в книгу, где надо расписаться.

Цветы. Много цветов. Друг жениха с белыми розами. Глянула на него из-под фаты озорно и весело. Шампанское, хмель в голове. Фрукты, горка пирожных в вазе. «Сладкий пост, горькая Пасха…» Смешно. «Всё-таки, я ему расскажу». Накрутила, ой, накрутила себя девочка-невеста. Нет, теперь уже – жена.

Стол в кафе ломился от закусок. На горячее подали перепелов. Музыканты честно отрабатывали свои «бабки». Девочка отплясывала так лихо, что золотые кудряшки то и дело вылезали из-под фаты. Она их туда, они – обратно.

Через год девочка-жена нашла у мужа в столе письмо от… женщины. Женщина писала, что не мыслит жизни без него и у них будет ребёнок. Девочка-жена тоже ждала ребёнка. Разве можно прощать, если предаётся любовь? Сначала избавилась от ребёнка. Потом объявила мужу, что уходит. Она больше не любит его.