Небесная Музыка

Автор: Фолькман Фон Рихард Все новинки

Архипастырь-старец

  • Автор обзора:

Земной ангел и небесный человек. Митрополит Иоанн (Снычев) в воспоминаниях митрополита Никона (Васюкова) и игумении Иоанны (Смолкиной)
Авт.-сост. С. Саломатова. СПб: «Царское дело», 2019. 288 с.


Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычев) и спустя четверть века после кончины продолжает вызывать своей яркой фигурой и неординарной личностью немалый интерес среди воцерковленной и воцерковляющейся публики. Давно уже вошли в пору и силу духовной зрелости его многочисленные духовные чада как среди духовенства, так и миряне; поспели добрые плоды из тех семян, которыми засеивал владыка Иоанн души своих учеников, студентов, молодых людей 1980-х – 1990-х годов, хранящих поныне благодарную память о пастыре-учителе.

В восприятии тех, кто знакомится с этой без сомнения выдающейся личностью годы спустя по его книгам и книгам о нем, среди которых данное издание вовсе не единственное, образ архипастыря как бы двоится. Внешне он представляется прежде всего деятелем эпохи церковного возрождения в постсоветской России, ярким и неутомимым проповедником идеи воскрешения Святой Руси, знаковым публицистом того смутного времени, когда страна в который раз падала на дно, чтобы когда-нибудь оттолкнуться от него и начать восхождение из бездны. Но был и другой владыка Иоанн – «внутренний человек»: смиренный монах, крепкий молитвенник, умудренный духовный отец, истинный старец в православном смысле этого слова, в простоте и кротости сердца учивший своих духовных чад преодолению грехов, очищению души, стяжанию святости – «умному деланию», которому и сам был предан всецело. В этой книге он представлен именно таким, что видно уже из названия. 

После кончины митрополита Иоанна выходили книги, составленные из его писем и наставлений духовным чадам. Одна из них и называлась характерно: «Наука смирения». Звучит почти как суворовская «Наука побеждать», и в этом созвучии имеется несомненная истина. Смирение и есть залог духовной победы, которую в итоге дарует христианам Господь – окончательной победы над злом и грехом, восторжествующей в Царстве Небесном. Книга «Земной ангел и небесный человек» продолжает этот ряд публикаций. В нее включены воспоминания о владыке двух его духовных детей – митрополита Никона (Васюкова), главы Уфимской епархии, и игумении Богородице-Табынского монастыря той же епархии Иоанны (Смолкиной). Но, собственно, воспоминания, как и небольшое биографическое предисловие от автора-составителя, занимают в книге небольшое место. Главное ее содержание – письма владыки духовной дочери, новоначальной насельнице Пюхтицкой обители, послушнице Вере Смолкиной, позднее монахине Иоанне. Письма эти датируются 1980–1995 годами, но в последние пять лет жизни, когда митрополит Иоанн занимал Петербургскую и Ладожскую кафедру, бесчисленные труды по возрождению церковной жизни в епархии не давали ему, как прежде, писать часто и подробно. Поэтому основной корпус писем завершается 1990-м годом. 

Уже в предисловии мы видим человека, вымоленного для жизни матерью, носителя благодати Божией с раннего детства, которого вел за руку к его будущему высокому служению Сам Господь. Затем в воспоминаниях митрополита Никона и игумении Иоанны видим его как «Архипастыря всея Руси», наследовавшего многое из традиций служения архиереев времен патриарха Тихона, готовых принести себя в жертву во имя Христа, смиренного и кроткого, покорявшего сердца многочисленной молодой православной поросли своим благочестием, нерасхождением слова и жизни. Видим человека, непрестанно очищавшего собственную душу от страстей и учившего этому других, что в сочетании с высоким епископским служением создавало уникальный образ архипастыря-старца. Как ему удавалось соединять архиерейские труды с несением креста старчества, служением духовника, принимавшего от своих многочисленных чад исповеди с откровением чувств и помыслов, дававшего подробные наставления о том, как вести духовную жизнь, одному Богу известно. Но то, что у него был духовнический дар, несомненно. Как несомненно и то, что владыка Иоанн обладал и мудростью того, кто стяжал чистоту сердца, и благодатной силой молитвы, помогающей другим. 

Игумения Иоанна в кратком интервью, также помещенном в издании, выразила в евангельской стилистике главную мысль книги: «Был человек от Бога, посланный Им в отечество наше для укрепления веры…» Действительно, читая письма владыки с наставлениями молодой послушнице, принесшей с собой в монастырь все страсти, бушующие в миру, понимаешь, что для него понятие «Святая Русь» было не отвлеченным историософским представлением, не публицистическим конструктом, призванным звать к возрождению державно-национального величия России, и не просто возвышенным идеалом, который оставила нам в наследство давно ушедшая в небытие историческая православная Русь. Святость для владыки была практической целью, на достижение которой он и настраивал своих духовных чад, учеников, последователей и сторонников, а как максимум – весь народ. Самым его сокровенным желанием, о котором он проговаривался в письмах, было обретение каждым человеком и народом в целом евангельского благочестия, праведности, чистоты, святости жизни – жизни по новозаветным заповедям. Он мечтал видеть, как его духовные чада не на словах только, но на деле, желая последовать Спасителю, берут свой крест и действительно идут за Ним. Умягчают свои сердца смирением, водворяют в собственных душах мир Христов, безжалостно выдергивают из себя с корнем пороки и страсти, препятствующие войти в Царство Божие. 

Из писем владыки, которые были ответами на подробное исповедание грехов, откровение помыслов послушницы Веры, ясно видно, как тяжела эта работа над собой, борьба с грехом до самораспятия, до непременного «кровопролития», как фигурально выражался владыка. Неискушенный читатель может удивиться, читая эти письма: за 10 лет наставления владыки ничуть не изменились. В мягко-увещевательном, порой ироничном тоне он все эти 10 лет разъясняет духовной дочери ее однообразно-погрешительное поведение, указывает на то, что она никак не приступит к выкорчевке своих страстей, укоряет за одни и те же повторяющиеся проступки, шутливо изображает ее в виде «бодливого бычка», ставит ей «двойки» и «единицы» за плохо выученные уроки в школе монастырской жизни, непрестанно взывает к тому, чтобы наконец перестать ходить вокруг да около личной Голгофы, а набраться смелости и взойти на нее вместе со Христом, пригвоздить свои пороки, раз за разом сетует, что «мы с тобой с ног до головы объяты пламенем греха», не отделяя себя самого от своей духовной дочери. «Сколько же у нас с тобой немощей! Что ни шаг, то вспыльчивость, обида и т. п.»

Излюбленные призывы владыки – к труду и ко кресту: «Итак, за труд!», «На крест, чадушко, на крест!», «Итак, в путь, на Голгофу». Без постоянного духовного труда по взращиванию в себе главных христианских добродетелей – смирения, кротости, любви – невозможно спасение, особенно для монаха. Это ключевая мысль писем. А взрастить их нельзя, не очистив почву души. Главный сорняк на этом поле – человеческая самость, от которой тянутся мощные корни гордыни, себялюбия, самоугодия, саможаления. Против самости владыка восстает со всей пастырской горячностью. «Самость – это такая немощь души, с которой в Царство Божие не пустят, ибо там – любовь». Он призывает к мужеству в войне со змеями-пороками: «Страшно? Но робкие не будут иметь успеха». 

Он убеждает, что иного пути кроме перенесения скорбей, трудов, тягот, утеснений, уничижений для христианина, желающего очистить свое сердце, нет. Это, конечно, прежде всего монашеский путь. Но и мирянину этот путь должен светить в темноте мира, во зле лежащего, своими направляющими огнями. Для мирян чтение писем владыки полезно тем, что позволяет заглянуть в собственную душу. Ведь пороки, нажитые в миру, у всех примерно одни и те же. И не одним лишь «богословием радостного христианства» (якобы христианство не должно звать к скорбям, пугать малодушных тяготами несения личного креста) нужно питать свою душу мирянину. Призывая к смирению, владыка Иоанн противится лишь одному роду смирения – перед грехом. А ведь как часто духовное делание христиан в миру сводится исключительно к исповеди – без попыток искоренения греха, в котором мы каемся из раза в раз. Мысль, что Господь спасет и так, со всеми нашими пороками, если несколько раз в году или даже чаще открывать их священнику на исповеди, расслабляет. Тогда как суть покаяния, по мысли владыки Иоанна, в «добровольном взятии на себя уничижения и разных скорбей» для того, чтобы возненавидеть и убить грех. Неотъемлемая же радость христианства заключается в «радушном перенесении всякого рода скорбей и искушений» – в том, что «иго Мое благо, и бремя Мое легко» (Мф. 11:30). 

«Тебе все кажется, что ты сможешь очистить свою душу от страстей и без Голгофы, минуя ее. Нет, чадушко, не обманывай себя». «Зреть свои недостатки – это еще не действие. Можно видеть и смиряться пред ними. Надо зреть и с помощью Божией искоренять их. Гордиться и тщеславиться нам нечем. Помоги, Господи!»

В этих кратких, лаконичных по стилю и емких по содержанию письмах-ответах владыки с практическими советами, с разбором конкретных поступков, слов, чувств и мыслей – вся школа христианского делания и спасения. По-своему уникальное издание, позволяющее прикоснуться к опыту окормления у старца-духовника.