Святитель Василий Великий

Чтением отеческих книг человек как бы принимает крепость.

В Питере жить: от Дворцовой до Садовой, от Гангутской до Шпалерной

  • Автор обзора: Наталья Богатырёва/Фома

Сост. Наталия Соколовская, Елена Шубина. М.: АСТ, редакция Елены Шубиной, 2017. — 524, [4] с., ил.


Татьяна Толстая и Борис Гребенщиков, Даниил Гранин и Евгений Водолазкин, Михаил Шемякин и Александр Городницкий — их и еще многих литераторов и людей искусства объединила в этой книге любовь к Санкт-Петербургу. И не важно, кто объясняется в этой любви — питерцы ли, москвичи ли (у питерцев — их в сборнике, понятно, больше — получается сокровеннее, глубже, без намека на пафос, но пронзительнее).

Можно «эмигрировать в Москву, но так и не покинуть Питер», как в судьбе Андрея Битова. Можно, по точному выражению того же Битова, «разменивать Питер на Москву», но этот город остается неразменным пятаком, да что там — имперским золотым рублем, неприкосновенным запасом российской интеллигенции. Этот город негласно требует интеллигентности. И исповедальной искренности. Вот эта интонация, главная во всех — таких разных — заметках о «северной Пальмире». Город-музей. Город невероятных совпадений. Е. Водолазкин пишет, что с изумлением увидел в «Аэлите» Алексея Толстого номер своего дома на Ждановской набережной, там писатель разместил мастерскую инженера Лося (кстати, это название имеет отношение не к большевику Жданову, а к «ученым-мастерам» XIX века, братьям Ждановым. «Все очень достойно», — облегченно вздыхает Водолазкин). Город-сон, приснившийся Петру I: «Царь построил город своего сна, а потом умер… а город остался, и вот, жить нам теперь в чужом сне» (Т. Толстая).

У авторов этого сборника «сны»-воспоминания очень индивидуальные, оправдывающие подзаголовок «личные истории». Но все они — перекликаются. Очарование питерской архитектуры и особен­ности климата («бронхитная погода»), колоритные соседи по коммуналке (А. Битов, М. Шемякин), блокадное детство, каналы, улицы, дома и крыши, Эрмитаж (М. Пиотровский). Питерская география, питерский быт (подробно и любовно выписанный Д. Граниным), питерские шутки, непонятные непосвященным… И все это — впечатано, вплетено в русскую историю. «Колыбель революции», город разрушенных храмов и неубитой веры. Литературная столица России (недаром почти все авторы сборника упоминают Достоевского, Гоголя, Некрасова…)

Сдержанно-лирическая, мягко-ностальгическая книга, где светлая печаль о прошлом соседствует с мягким, изящным юмором (вульгарность не для ленинградцев). Книга о том, что «все соединено в единую цепочку, и одно звено вытягивает за собой другое. И ничто не исчезает» (Е. Водо­лазкин).


Фома

Теги: