Отец Иоанн (Крестьянкин)

Автор: Бондаренко В. В. Все новинки

Вязь в древнерусском искусстве

  • Автор обзора: Варвара Каширина

ВЯЗЬ В ЛИТУРГИЧЕСКИХ КОМПЛЕКТАХ ЛИЦЕВОГО ШИТЬЯ XV-XVII ВВ.

Учебно-методическое пособие

Каширина В. В.

М.: Российская академия живописи, ваяния и зодчества Ильи Глазунова, 2018. — 56 с.

ISBN 978-5-9905423-9-6



В Российской академии живописи, ваяния и зодчества Ильи Глазунова недавно вышло учебно-методическое пособие «Вязь в литургических комплектах лицевого шитья XV-XVII вв.», в котором были рассмотрены основы русской вязи, приемы выполнения надписи вязью, основные стили вязи и другие вопросы. Журнал «Православное книжное обозрение» публикует статью автора этой книги, своеобразное введение в эту сложную и интересную тему, имеющую непосредственное отношение к истории как изобразительного искусства, так и письменности.

Очень часто спрашивают, что такое вязь? Это особое письмо или особый вид украшения? Действительно, если взять, к примеру, плащаницу или пелену с изображением Божией Матери, то вышитая надпись на каймах воспринимается как особый тип орнамента, который характеризуется и ритмичностью, и одинаковой плотностью. Особый интерес для исследователей представляют надписи устойчивого состава, выполненные вязью на вышитых литургических комплектах.

Изучением надписей на различных предметах занимаются вспомогательные историко-филологические дисциплины — палеография и эпиграфика. Изучение вышитых надписей входит в область эпиграфики. Как правило, эпиграфические надписи немного «отстают» по времени от палеографических, тесно связаны с памятником и обусловлены техникой исполнения.

Палеография и эпиграфика — сравнительно молодые дисциплины. Наиболее разработанными являются курсы палеографии, основанные на изучении древнерусских рукописей. К сожалению, не имеется систематического изложения курса эпиграфики. Между тем, в настоящее время в связи с развитием церковных искусств эти предметы приобретают все большее значение. Следует признать, что в ряде современных работ надписи выполнены без соответствующей стилистической и исторической соотнесенности с характером изображения, а зачастую безграмотно.

Особенности вязи зависят и от материала, и от техники исполнения. Поэтому перед исследователями стоят задачи комплексного изучения вязи, в том числе и в памятниках древнерусского лицевого шитья.

Согласно определению, вязь — это особое декоративное письмо, при котором употребляются два приема: сокращение и украшение. В памятниках церковного шитья эти два приема употребляются равноправно, иногда даже с некоторым преобладанием второго.

Отдельные элементы вязи появляются в уставной письменности в XI-XIV веков. Однако распространение вязи в России, по мнению большинства исследователей, связано со Вторым южнославянским влиянием (последствием которого является распространение в письменности полуустава, в украшении — неовизантийского и балканского стиля).

Конец XIV — начало XV века — время формирования в русской письменности.

Известны три стиля вязи:

1. геометрический стиль (без украшения растительными элементами)

2. стиль природный (растительный)

3. смешанный.

На Руси в XV веке преобладал смешанный стиль. С конца XV века в памятниках украинской и белорусской письменности стал доминировать растительный стиль вязи, в русской письменности — геометрический. Для памятников лицевого шитья более характерен строгий геометрический стиль вязи, однако в некоторых образцах встречается смешанный стиль, органично сочетающийся с основным изображением.

Особенность вязи в памятниках лицевого шитья во многом зависит от техники выполнения надписей: шитье жемчугом, по веревочке или золотной нитью в прикреп. В первом случае сначала прокладываются «рельсы» из плотных нитей, на которые затем прикрепляется жемчуг, поэтому вязь из жемчуга менее технична. Шитье золотной нитью вприкреп, то есть крепление нити на поверхности ткани, без продергивания на изнаночную сторону, более пластично и дает вышивальщице большую свободу для создания сложной вязи. При этом большое значение имеет плотность вязи, использование различных технических приемов, эстетическая завершенность строки. В целом надпись должна восприниматься как орнамент с последовательным и разнообразным чередованием отдельных элементов. Чрезмерное увлечение техническими приемами лишает вязь эстетической привлекательности, а излишнее «украшательство» и вычурность — стройности и завершенности.

Один из главных приемов русской вязи — мачтовая лигатура (соединение двух смежных вертикальных линий в одну). Чем больше в каком-то алфавите букв с мачтами, тем многочисленнее и разнообразнее могут быть мачтовые лигатуры. Например, греческий алфавит состоит из 24 знаков, из них 12 мачтовых. Максимальное количество совпадений типа мачта+мачта в греческой письменности равно 132. В русском кириллическом алфавите 36 знаков, из них мачтовых 26. Число возможных лигатур — свыше 450. Поэтому свой расцвет и изысканную проработанность вязь получает именно в кириллическом алфавите).

Изучение вязи в составе литургических комплектов связано с их устойчивым составом, сложившимся к XVI веку.

В состав литургического комплекта входят три покрова на священные сосуды:

• покровец, или сударь для потира

• покровец или сударь для дискоса «Агнец Божий»

• воздух — прямоугольный плат, накрывающий оба покровца

В древности покровцы употреблялись, чтобы предохранить от попадания насекомых приготовленные на проскомидии Святые Дары. Первоначально покровцы были квадратной формы. В современной церковной практике покровцы для потира и дискоса имеют крестообразную форму.

Воздух был введен в употребление преподобным Саввой Освященным. Во время пения Символа веры священники колеблют его над Святыми Дарами, а когда он покрывает их, то символически указывает на погребение Спасителя.

Первоначально воздух и покровцы существовали отдельно, не составляя комплект. Тексты могли варьироваться. С конца XVI века уже складываются литургические комплекты, состоящие из трех предметов с разработанной иконографией и текстами устойчивого состава.

В текстах литургических комплектах присутствует вариативность, но всегда надписи связаны с церковным таинством Евхаристии. Отметим основные надписи, встречающиеся в литургических комплектах.

«Агнец Божий» — покровец для дискоса

В среднике вышит Христос в виде Младенца, лежащий на дискосе, как в яслях, так как во время совершения проскомидии воспоминается Рождество Спасителя и дискос уподобляется яслям. По кайме вышит текст евхаристического канона: «Приимите, ядите, сие есть тело Мое, еже за вы ломимое, во оставление грехов».

Или в расширенной редакции из литургии Василия Великого: «Даст святым Своим учеником и апостолом рек: приимите и ядите…»

Может быть дан текст из пророка Исаии: «Яко овча на заколение ведеся и яко агнец непорочен, прямо стригущего его безгласен, тако не отверзает уст своих; во смирении» его суд его взятся; род же его кто исповесть; яко вземлется от земли живот его» (Ис. 53:7-8).

Слова из пророка Исаии сопровождают действия священника во время проскомидии. Прорезая каждую из четырех сторон Агнца, священник произносит слова из 53-й главы книги пророка Исаии (7, 8), провозвестившего страдания Сына Божиего. При первом разрезе просфоры произносится: «яко овча на заколение ведеся», затем, при втором прорезании просфоры — «яко агнец пред стригущим его безгласен, тако не отверзает уст Своих», при третьем — «во смирении Его суд Его взятся», при четвертом — «род же Его кто исповесть?» Вынимая копием Агнец из просфоры, священник произносит: «яко вземлется от земли живот Его» (Ис. 53:8).

«Богоматерь Знамение» — покровец для чаши

В среднике вышито заключенное в ореол поясное изображение Богоматери. Младенец поясной, пальцы правой руки молитвенно сложены на груди, в левой — свиток. По углам средника — две пары херувимов и серафимов. По кайме вышит текст евхаристического канона: «Пийте от нея вси, сия есть кровь Моя Новаго Завета, яже за вы и за многия изливаемая во оставление грехов».

Среди текстов — тропарь иконе Божией Матери «Знамение», которая изображается в среднике сударя: «Яко необоримую стену и источник чудес стяжавше Тя раби Твои, Богородице Пречистая, сопротивных ополчения низлагаем. Темже молим Тя: мир граду Твоему даруй и душам нашим велию милость».

Песнопение из литургии Василия Великого, как правило, отрывок: «О Тебе радуется, Благодатная, всякая тварь, Ангельский собор и человеческий род, Освященный Храме и Раю Словесный, Девственная похвало, из Неяже Бог воплотися и Младенец бысть, прежде век Сый Бог наш. Ложесна бо Твоя Престол сотвори. И чрево Твое пространнее небес содела. О Тебе радуется, Благодатная, всякая тварь, слава Тебе».

Воздух

Воздух символически изображает плащаницу, которой было обвито тело Иисуса Христа. Как правило, на воздухе изображается Христос, лежащий на гробном камне, окруженный служащими ангелами и символами евангелистов. На переднем плане перед гробом свернутый плат — плащаница. Над гробом — херувим и два летящих ангела, каждый из которых с двумя рипидами. На более поздних воздухах, как и на плащаницах, у гроба могут быть также изображены предстоящие — Богоматерь, жены-мироносицы, св. Иоанн Богослов, Иосиф Аримафейский, праведный Никодим.

По кайме шит текст тропаря пасхальных часов: «Во гробе плотски, во аде же с душею яко Бог, в раи же с разбойником и на престоле был еси, Христе, со Отцем и Духом, вся исполняяй, Неописанный», который часто продолжается песнопениями пасхальных часов: «Яко Живоносец, яко рая краснейший, воистинну и чертога всякаго царскаго показася светлейший, Христе, гроб Твой, источник нашего воскресения».

Тропарь пасхальных часов читается диаконом во время каждения престола на часах перед началом Божественной литургии и священником после перенесения Даров на престол после тропаря «Благообразный Иосиф…»

Вышитые тексты могут включать слова нескольких песнопений. Эта тенденция усиливается по мере развития вязи, когда начинают использовать разнообразные приемы сокращений букв.

Среди надписей, встречающихся на воздухах и плащаницах — тропарь Великой субботы преподобного Иоанна Дамаскина: «Благообразный Иосиф, с Древа снем Пречистое Тело Твое, плащаницею чистою обвив, и вонями, во гробе нове покрыв положи», который может быть дан в расширенной редакции, в которой он поется в Неделю жен-мироносиц: «но тридневен воскресл еси Господи, подая мирови велию милость».

Тропарь Великой субботы читается священником при поставлении Даров на престол. На Великом Входе Чаша и дискос вносятся в алтарь и ставятся на развернутый антиминс, прообразуя снятие тела Спасителя со Креста и положение Его во Гроб (Ин. 19:38-42). Царские врата закрываются. Завеса задергивается, как закрыт был вход во Гроб Господень.

Текст молитвы из песнопений Великого Четвертка: «Вечери Твоея тайныя днесь, Сыне Божий, причастника мя приими; не бо врагом Твоим тайну повеем, ни лобзания Ти дам, яко Иуда, но яко разбойник исповедаю Тя: помяни мя, Господи, во Царствии Твоем». Эта молитва поется вместо херувимской песни в Великий Четверток, когда Православная Церковь вспоминает Тайную Вечерю — установления Таинства Святого причащения — Евхаристии.

Две стихиры на стиховне из песнопений вечерни Великой пятницы.

Самоподобен (то есть текст, который является образцом для певческого исполнения других стихир): «Егда от Древа Тя мертва, Аримафей снят всех Живота, смирною и плащаницею Тя, Христе, обвив, и любовию подвизашеся, сердцем и устнами Тело нетленное Твое облобызати. Обаче одержимь страхом, радуяся вопияше Ти: слава снизхождению Твоему, Человеколюбче».

Стихира, во время пения которой Плащаница выносится на середину храма: «Тебе, одеющагося светом яко ризою, снем Иосиф с Древа с Никодимом, и видев мертва нага непогребенна, благосердный плач восприим, рыдая глаголаше: увы мне, сладчайший Иисусе! Егоже вмале солнце на Кресте висима узревше, мраком облагашеся, и земля страхом колебашеся, и раздирашеся церковная завеса: но се ныне вижду Тя, мене ради волею подъемша смерть. Како погребу Тя Боже мой; или како плащаницею обвию; коима ли рукама прикоснуся нетленному Твоему телу; или кия песни воспою Твоему исходу, Щедре; величаю страсти Твоя, песнословлю и погребение Твое, со Воскресением, зовый: Господи, слава Тебе».

Припев к «Непорочнам» на утрени Великой субботы 5-го гласа: «Животе во гробе положился еси, Христе, и Ангельская воинства удивишася, снизхождение Твое славяще».

Текст кондака 6-го гласа Великой субботы: «Иже бездну затворивый, мертв зрится, и смирною и плащаницею обвився, во гробе полагается, яко смертный, Бессмертный; жены же приидоша помазати Его миром, плачущи горько и вопиющия: сия Суббота есть Преблагословенная, в нейже Христос уснув, воскреснет тридневен».

Песнопение Великой субботы: «Да молчит всякая плоть человеча, и да стоит со страхом и трепетом, и ничтоже земное в себе да помышляет: Царь бо царствующих, и Господь господствующих, приходит заклатися и датися в снедь верным. Предходят же Сему лицы Ангельстии со всяким Началом и Властию, многоочитии Херувими, и шестокрилатии Серафими, лица закрывающе, и вопиюще песнь: аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа».

Ирмос 9-й песни канона Великой Субботы, который в этот день поется вместо «Достойно есть…»: «Не рыдай Мене, Мати, зрящи во гробе, Его же во чреве без семене зачала еси Сына: востану бо и прославлюся, и вознесу со славою непрестанно, яко Бог, верою и любовию Тя величающия».

Сопоставление начертаний букв и сочетаний букв в текстах тождественного содержания позволило в указанном учебно-методическом пособии проследить эволюцию вязи на протяжении двух веков (начало XV — второй половины XVII века). Эта книга познакомит с искусством русской вязи и поможет овладеть ее основами.