Основное богословие

Автор: священник Димитрий Лушников Все новинки

Элинор Портер и «Поллианна»

Элинор Портер и «Поллианна»

Как-то я занимался наукой и читал труд «От литеры до литературы» американского профессора Мартина Пачнера


Как это часто бывает у североамериканских ученых, Пачнер провел хорошее исследование и собрал редкие факты при практически полном отсутствии обобщений и вникновений в предмет. Книга представляет собой историю литературы от эпоса о Гильгамеше до Гарри Поттера и влияния интернета на печатную продукцию современности. Читал с интересом. И всё же присутствует ощущение, что здесь говорится о высоком без высоты, о поэзии без чувства поэтичности. В таком стиле можно писать справочник по ремонту ноутбуков или настройке кондиционеров. Всё по делу, всё на своём месте –  и при этом нигде нет небесного касания...

Хорошо, что, услышав профессора литературоведения, я начал читать «Поллианну» – 203 страницы прекрасного текста с картинками. Удивительные иллюстрации, передающие красоту человека и благодать. Тонкий христианский роман. Я знаю, что Наталия Трауберг не любила эту книгу. Ей казалось, что главная героиня не заслужила права быть такой счастливой. Трауберг можно понять – она пережила всю мрачность советской эпохи, где радость была чем-то экстраординарным и, как казалось людям, не влияла на повседневную жизнь.

«Поллианна» – светлая книга, иллюстрация мысли Паисия Афонского, что «Первое лекарство – добрый помысел». Как много эта книга принесла в мир добра! В США до сих пор создаются «Клубы Поллианны», участники которых стараются всякое событие в жизни оценить как милость Господню. И как созвучно с этим устремлением высказывание Иоанна Златоуста:
«Каждый день являет нам бесчисленные благодеяния, желаем мы того или не желаем, знаем о них или не знаем.
Бог не требует от нас ничего, кроме признательности Ему за все дарованное, чтобы за это дать нам еще большее воздаяние».

Многие замечают, что большинство людей, встречающихся нам, угрюмы и не радостны. Настоящая литература в этом смысле похожа на девочку из книги Элинор Портер «Поллианна». Как известно, эта девочка старалась во всём, что её окружает, найти повод для радости. Всё началось с того, что Поллианна хотела себе на день рождения новую куклу, а ей подарили костыли, хоть она и была здорова. И девочка нашла повод для радости: он был в том, что костыли ей не понадобятся. В течение всего повествования девочка учится радоваться, хотя ей живётся совсем не просто. Вот, например, так: «Я рада, что у нас не было никаких красивых вещей, потому что благодаря этому мне ещё больше нравятся красивые вещи».

И литература, когда она подлинна, похожа на Поллианну – она находит повод для радости там, где, как всем кажется, есть повод только для боли.

И, наоборот, по слову С. Довлатова, «мрачность издалека напоминает величие духа». Но пугать и огорчать не дело автора, ведь он открывает небесную гармонию, которая всегда присутствует в бытии.

Даже когда автор говорит о грустном и страшном, читатель должен увидеть за словами повести пусть дальнее, но сияние рассвета. Он в нашем мире обещан для всех, кто добр.

У средневековых православных монахов Ирландии было принято сравнивать мир и судьбу человека в нём с ковром удивительной красоты. Этот ковёр мог бы поразить красотой своих узоров и необычайностью замысла, но дело в том, что тот, кто смотрит на ковёр, идя по нему, этого всего не видит. Ему заметны отдельные линии, краски, однако он не может связать всё это в единую гармонию и красоту. Единственный способ увидеть всё правильно – это взглянуть на ковёр с неба. Только тогда станет ясно, какой смысл был во всём том, что случилось с нами.

А пока такое зрение мира нами ещё не обретено, можно просто довериться Богу, поблагодарить Его и почувствовать, что Он и вправду знает, что делает, пускай даже такое количество дураков и умников не довольно, что Он не управляет миром по их разумению…

Людям потому так полюбился роман «Поллианна», что больше всего привлекает душевное здоровье. Честертон даже говорил, что праведник – это противоядие от ложности его времени. Так произошло и с этой главной книгой Элинор Портер. И не удивительно, что на могиле писательницы высечена надпись: «Той, чьи сочинения привнесли солнечный свет в жизни миллионов».

Девочка Поллианна легко вышла с книжных страниц в мир и стала одним из образов, сопутствующих человечеству на его пути. Подобно толкиновским эльфам и хоббитам, подобно андерсоновским Герде и Русалочке, Поллианна стала символом, указующим многим людям верное отношение к жизни. И не случайно по всему миру создаются «Клубы радости», где люди, испытавшие боль, учатся снова радоваться – по методу Поллианны.

Эта девочка, вдохновляющая других радоваться жизни, на страницах попадает в безрадостную ситуацию и преодолевает её, потому что со времен Иова Господь даёт добрым людям явить, что быть добрым возможно и там, где зло и люди ожидают от нас только зла. Истина торжествует там, где ради неё мы перенесли боль.

Как-то я стоял на оживленной улице вечернего города, а мимо меня нескончаемой вереницей шли люди и говорили друг с другом или по телефону. И все они были кем-нибудь недовольны. Молодые люди упрекали за что-то девушек, мужья злобно отчитывали жён, матери ругали детей, а женщины жаловались на своих знакомых.
А я смотрел на них и думал, что старательнее всего люди трудятся над тем, чтобы быть несчастными. Мир вокруг них раскинулся как удивительный дар, но чтобы его принять, нужно хотя бы немного отвлечься от себя самого, только вот никто этого не делает – и потому в каждом из них умер Моцарт.

И благословенны те книги и люди, которые способны воззвать к глубине человека, чтобы тот увидел, что пришел на землю для чего-то великого и важнейшего, а ещё для того, чтобы обрести радость.

В романе есть эпизод, когда городской пастор, совершенно уставший от бесполезных усилий исправить людей, уныло сидит в лесу и готовит новую проповедь о гневе Господнем.

«По Пендлтонскому холму взбирался приходский пастор, преподобный Пол Форд. Одолев холм, он углубился в Пендлтонский лес, надеясь, что красота природы хоть отчасти исцелит его израненное сердце. А сердцу преподобного Пола Форда и впрямь было от чего разорваться на части. Последний год отношения между его прихожанами с каждым месяцем ухудшались, и, сколько он ни старался, все его усилия не приводили ровно ни к каким результатам. Он пытался спорить, умолять, он призывал к порядку, наконец, он молился за них, но возмутители спокойствия продолжали бесчинствовать, вовлекая в порочный круг все большее количество прихожан. Дошло до того, что ему стало казаться, будто все его прихожане погрязли в зависти, недоброжелательстве и склоках. Скрепя сердце, борясь с отчаянием, он молился о вразумлении неразумных чад, но сегодня последние крупицы надежды иссякли в его душе.

Так получилось, что за последнее время двое его дьяконов переругались вдрызг из-за совершеннейшей чепухи. Три самых активных участницы Женской помощи, выведенные из себя глупыми сплетнями, которые с чьей-то легкой руки распространились по всему городу, вышли из организации. Церковный хор разделился на две враждующие группы, которые никак не могли поделить лучшие певческие партии. Общество Добродетельных Христиан пребывало совсем не в добродетельном состоянии, ибо тратило все свое время на разбор конфликта между двумя руководителями. И, наконец, именно сегодня директор и два преподавателя воскресной школы объявили, что подают в отставку. Словом, у несчастного пастора просто земля под ногами горела».

Единственным выходом из создавшейся ситуации пастор считает напугать прихожан карой за пустую и бесполезную жизнь, подобно как Клайв Льюис замечал, что «пасторы столетиями пугали прихожан адскими муками – все тряслись от ужаса, но никто не менялся...»
И вдруг пастор встречает Поллианну и, пораженный её способностью воспринимать жизни как радость, говорит в ближайшее воскресение проповедь о милосердии Божием.

Один из персонажей романа называет Поллианну «радужной девочкой», ведь вокруг неё всегда сияет та радуга Святого Духа, которую невозможно не заметить и которая явно меняет весь мир вокруг.

Альберт Эйнштейн как-то сказал, что в сердце каждой трудности кроется  возможность. Это возможность роста. Некоторые критики упрекали Поллианну в пассивности, мол, она соглашается с любым обстоятельством жизни, но на самом деле эта девочка научилась воспринимать всякое обстоятельство как дар Неба, а у Бога не бывает плохих даров, даже если Он нередко заворачивает наше счастье в обвёртку трудности. Но это, как говорил Златоуст, Его обычай. И весь мир существует так, что добрые приходят здесь к счастью, хотя с точки зрения обычной логики их должна была бы ждать неудача. Но всё всегда имеет неожиданный оборот, потому что мир – это Божья сказка со счастливым концом. Вот только это мало кто видит, потому что людям привычнее нытьё и уныние, хотя счастливы они могут быть лишь на пути умножения красоты и добра.

Слышу, как уезжающие после отдыха на море люди говорят друг другу: «А что, хорошее заканчивается быстро...» И действительно, люди подсознательно чувствуют себя как воры, пробравшиеся в кладовую Бога: вдруг Хозяин отвернётся и им удастся урвать здесь немного хорошего?
И так они себя чувствуют потому, что не доверяют предложенному Творцом пути доброты как подлинному пути к счастью.

Люди, как ни странно, много сил прилагают к тому, чтобы быть несчастными. А между тем радость отнюдь не далеко от них, как и Бог, и обретается то и другое на пути доброты, на том пути, по которому идёт Поллианна, на том пути, где лучшие из людей земли находили и свет, и счастье.


Православная жизнь